Склерозник

56. Очень жалею о том, что не пошла в науку. Аспирантуру я так и не закончила, сдав всего один минимум (летом 95-го г. я поступила в аспирантуру истфака МГУ, а в декабре 95-го была избрана в Госдуму), диссертацию практически полностью написала (процентов на 80%), но так и не защитила, а поскольку она была написана на современном социологическом материале, разумеется, мгновенно устарела. Недавно перечитывала текст и поняла, что “дописать” не получится – нужно перечеркнуть всё крест-накрест и писать заново. Это грустно, ибо материал для дисера собирался в течение нескольких лет, включая и полевые исследования, и работу в библиотеках алма-атинского и бишкекского университетов:(((.
Когда впоследствии, работая в Минпромнауки и Минобрнауки, курировала ВАК, взаимоотношения с Академией наук, молодых ученых, ощущала себя классическим сапожником без сапог:((. Если кто-то полагает, что избрание в Госдуму способствует обретению ученой степени (очень многие персонажи у нас легко и не напрягаясь остепенились, будучи депутатами), то он сильно ошибается:)))) – только в том случае, если речь идет о купленных диссертациях. На самом деле полноценная парламентская работа не позволяет не то что защититься – в библиотеку-то не выбраться:(((…

57. О том, что я включена в партийный список КПРФ, я узнала уже тогда, когда список был сдан в Центризбирком – любимая партия позабыла меня известить об этом:)). Выборы 1995 года были единственными, когда КПРФ формировала список по реально коалиционному принципу – до трети фракции были беспартийными либо представителями других партий и движений. Что касается РКСМ, то партия поступила в своём излюбленном стиле – нас попросили дать список наших кандидатов в партсписок, мы подали в ЦК КПРФ список из 6 фамилий, среди которых моей не было:))). О том, что на проходное место поставили именно меня, я узнала от комсомольцев – членов КПРФ, посетивших партконференцию:)). Деликатность ситуации состояла в том, что включение в партсписок моей фамилии на деле должно было продемонстрировать звериную нелюбовь партфункционеров к Игорю Малярову, которого мы прочили в депутаты. Позже Купцов говорил о том, что ставка на “девочку-дурочку с бантиками”, которая должна была в перспективе подсидеть Малярова, используя партийный ресурс, не оправдала себя:))) – девочка-дурочка изначально дала понять, что для неё есть один авторитет и руководитель – Маляров.
Когда отношения с Зюгановым испортились окончательно (в июне 1996 года, между двумя турами президентских выборов), Купцов заявил мне, что больше во фракции КПРФ молодых депутатов не будет:)).
Это почти правда. Единственный депутат, которого можно назвать сравнительно молодым – Игорь Игошин, попавший в список за финансовую поддержку московского обкома партии. Этот же самый Игошин в 1991 году громил университетский комитет комсомола и обещал развесить нас, “недобитых коммуняк”, по фонарям:). На первом курсе мой бывший муж регулярно бил своему однокурснику-Игошину морду, но потом Игошин перестал посещать занятия:)).

58. Я легкий на подъем человек. В годы депутатства приходилось очень много ездить, в среднем выходило по 3-4 поездки в месяц, да и сейчас езжу много. Тем не менее я очень привязана к дому, родному городу, за границей больше месяца не выдерживаю. Один раз пришлось провести месяц в Штатах, и через 2 недели я уже была готова вплавь пересечь Атлантику, только бы поскорее домой… Именно поэтому я никогда бы не смогла, например, связать свою жизнь с военным или дипломатом, да и сама бы никогда не выбрала работу, связанную с длительным проживанием где-то вне Москвы.

59. Я абсолютно равнодушна к общепринятым атрибутам бытового комфорта. На посторонний взгляд дома у меня адский беспорядок (на самом деле только в таком бардаке я могу что-то найти, любая попытка навести у меня порядок вызывает у меня приступ бешенства: я ничего не могу найти:)) В этом отношении я абсолютная копия моей покойной мамы… Прошло 5 лет со дня её смерти, а я до сих пор не знаю, что мне суждено найти в её комнате (ясное дело, к уборке я ещё не приступала). Помню, как бабушка, которой должно было исполниться 70, попросила маму найти серёжки с хризолитами, которые дедушка подарил ей на 60-летие:))). Мама ответила без особой уверенности в голосе, что ей кажется, что она заложила их в ломбард, а выкупить забыла, и теперь, скорее всего, их уже не вернуть. Бабушка слегка обиделась и потом частенько маме об этом напоминала. Когда ещё через 10 лет мы с мамой решились-таки выкинуть старые газеты, накопившиеся за полтора десятка лет, из пыльной стопки выпали бабушкины серёжки, которые мы ей торжественно вернули в день её 80-летия:)).

60. Как вы уже догадались, моя квартира сильно напоминает жилище Плюшкина:)). В том числе и потому, что мой бытовой консерватизм принимает абсурдные формы и вырождается в неспособность выкинуть старые вещи. Я – классический старьёвщик. Очень тяжело привыкаю к новым предметам, но со старыми расстаться не могу. Любой клочок бумаги, любая тряпочка связана с какими-то воспоминаниями. Ящики шкафов забиты всякими мелочами, которые имеют значение только для меня. Если хорошенько порыться, можно найти любовные записки, которые писал мне мой 5-летний друг детства Сергей Бодров-младший (половина букв написана не в ту сторону:)), детали любимых мягких игрушек (отдельно лапы, хвосты или глазки-пуговки), трамвайные билеты со счастливой комбинацией цифр, собственные выпавшие молочные зубы, а также кусочки поролонового коврика, напоминающего о любимой морской свинке Тёпе, которая лет 30 назад нажралась поролона и умерла:(((.

Продолжение воспоследует:).